Многие бухгалтеры остерегаются любых схем оптимизации налогообложения, но есть и такие, кто в угоду хозяину сам предлагает способы уклонения от налогов. Как правило, дело заканчивается судебным разбирательством и уголовной ответственностью для обоих.

Конец колхозного офшора

Павел Сергеев, как и многие другие бизнесмены,зарегистрировав свою фирму, не торопился показывать в налоговой отчетностикакие-либо результаты своей деятельности. Весь 1996 год он «раскручивался»,активно перепродавая солярку, бензин и автомасла близлежащим колхозам. Вналоговую же сдавал так называемую «нулевую» отчетность.

Павел не слишком опасался возможных проблем, связанных с уклонениемот налогов. Торговал он очень осторожно, закупая горюче-смазочные материалыподальше от своего небольшого уральского городка – в Челябинске иЕкатеринбурге, то есть на территории других налоговых инспекций. Такого, чтобналоговики заинтересовались расходами колхоза и стали бы проверять ихпоставщиков, Сергеев не слышал и поэтому был спокоен за будущее своего бизнеса.

Со временем он расширил круг поставщиков до Ярославскойобласти. Нефтепродукты должны были поступать в железнодорожных цистернах. И тутслучилось непредвиденное: прежде чем заключить договор перевозки, железнаядорога потребовала с Павла справку из налоговой инспекции об отсутствиизадолженности по налогам.

Справку налоговики выдали без проволочек, но Сергеевзадумался: не пора ли делиться с бюджетом. Кроме того, у его фирмы появилисьмногочисленные клиенты в родном городе и сдавать «нулевые» отчеты сталорискованно. Городок небольшой, и налоговики могли вычислить его фирмусовершенно случайно.

К счастью (как тогда посчитал Павел), он встретил своегодавнего приятеля Рафика Ильясова, бухгалтера-«многостаночника» с обширнымкругом обслуживаемых фирм. Опытный счетовод объяснил ему, что для того, чтобыне разориться на налогах, есть способы и получше, чем «нулевая» отчетность. Запроцент от прибыли Рафик согласился помочь Сергееву в «оптимизации» егодеятельности.

Два взгляда на одну схему

Чтобы не иметь ничего общего с прежней деятельностьюСергеева, Рафик настоял на регистрации новой фирмы «Пелымойл». Мол, старуюфирму по-прежнему можно использовать для сделок с колхозами. А для того, чтобыне погореть при налоговой проверке, остальные операции лучше проводить черездругую, то есть новую фирму.

Чтобы платить поменьше налогов, Ильясов, став главнымбухгалтером новорожденной фирмы, предложил Сергееву схему ухода от налогов.Через год ее применения друзья очутились на допросе в налоговой полиции ипродемонстрировали полное отсутствие согласия между собой.

Павел рассказал все, как есть. О том, что Рафик предложилосновную часть денег пропускать через свой же расчетный счет, который он открылкак частный предприниматель. Речь шла о банальнейшей схеме обналички.

Покупателям выписывалось письмо с указанием перечислитьоплату на счет третьего лица – частного предпринимателя Ильясова. Рафикпреспокойно снимал деньги со своего расчетного счета якобы на нужды бизнеса ипередавал их Сергееву. Как он потом закрывал дыры в своем «предпринимательском»учете, Павел не интересовался.

Версия Ильясова выглядела более невинно. Он, Рафик, работалчастным предпринимателем. Естественно, имел расчетный счет, по случайностиоткрытый в том же банке, что и расчетный счет его знакомого по детскойпесочнице Павла Сергеева. Однажды их пути пересеклись. Павел «предложил емуработать в качестве водителя, так как не имел водительских прав. А позднее –работу бухгалтера».

По словам Рафика, он лишь согласился ставить подпись заглавбуха и «нанял бухгалтера, звали ее Марина Гарипова. Она и вела бухгалтериюООО “Пелымойл”, в том числе составляла налоговую отчетность. Так как безналичныеплатежи – сложный процесс, Сергеев предложил работать с наличными черезрасчетный счет, открытый мной (Ильясовым – прим. ред.) как частнымпредпринимателем.

Деньги, которые нужно было обналичить, то есть получить ихналичными, перечислялись какими-то предприятиями, после чего я (Рафик – прим.ред.) снимал их и передавал Сергееву. Почти все деньги, которые прошли черезрасчетный счет частного предпринимателя Ильясова, – это деньги, заработанныеПавлом Сергеевым».

Сущность главбуха не скроешь

Попытки г-на Ильясова откреститься от того, что именно нанего были возложены обязанности главного бухгалтера, выглядят наивно. Егоподпись стояла не только на всех балансах и отчетах фирмы, но и на кадровомприказе о назначении на должность.

Более того, главбух, утверждавший, что работал «формально»,очень даже реально отстаивал интересы фирмы в собственноручно начертанныхвозражениях по акту налоговой проверки. А вот Марине, бухгалтеру, котораяобрабатывала первичку по «былым» операциям, разъяснений он не давал сознательно.

На суде она скажет: «Ильясов по всем возникавшим вопросам,связанным с бухгалтерией “Пелымойл”, мне никогда не отвечал, а отправлял кСергееву, от которого я получала все разъяснения». Видимо, этого Рафикупоказалось достаточно, чтобы отделить себя от деятельности злополучной фирмы.

Только жадность смогла победить осмотрительность иосторожность, когда Ильясов предложил Павлу свой счет для переброски безнала.Хотя, возможно, в этом проявилась еще одна бухгалтерская черта его характера:экономить на оплате услуг. Даже если платишь не из своего кармана.

Поднаторел он и в приукрашивании, а вернее, искаженииистинных показателей бухгалтерской отчетности «Пелымойл». Причем не только вовремя трудовых будней, но и на даче показаний следователю. Это тем болеестранно, так как Сергеев практически сразу сознался, что, хотя и не можетприпомнить точных цен, по которым он покупал горюче-смазочные материалы, однакоточно помнит, что они были гораздо ниже заводских.

Спецзадание для налоговика

За конец ниточки запутанного клубка всей этой историипотянул обычный налоговый инспектор. Правда, в результате не вполне ординарнойпроверки. Надо сказать, время от времени в налоговые «спускают» спецзадания.Например, перед тем, как были отменены льготы малым предприятиям по налогу наприбыль, инспекторы по всей стране перелопачивали годовые отчеты льготников.Выяснилось, что выручка таких фирм достигает своего апогея в первые два года,когда налог на прибыль не начислялся вовсе, а в третьем и четвертом льготныхгодах она приобретала тенденцию к уменьшению. На пятом же году, который фирмыбыли обязаны отработать, применяя обычную ставку налога на прибыль, выручкастабильно стремилась к нулю.

В случае, который привел на скамью подсудимых руководство«Пелымойл», спецзадание можно назвать экзотическим. Инспекциям былорекомендовано проверить, не завышают ли продавцы горюче-смазочных материаловцены для аграриев в период весенне-полевых работ. Идея исходила отМинэкономразвития и получила активную поддержку в регионах.

Тут-то и обнаружилось, что «старенькая» фирма Сергеева,которая продолжала сдавать «нулевую» отчетность, – чуть ли не единственныйпоставщик большинства колхозов округи. Вскоре все они получили запросы спросьбой представить накладные своего поставщика.

Попутно в инспекции решили проверить и другую фирму,учредителем которой числился Павел Сергеев, – ООО «Пелымойл». На этот раз былиразосланы запросы не только покупателям, но и поставщикам горюче-смазочныхматериалов. Самым любопытным результатом встречных запросов оказались совсем нетонны неоприходованных бензина и солярки. Им стали письма о перечислении оплатына счет третьего лица – частного предпринимателя Рафика Ильясова.

Самым простым оказался сбор накладных о поставкахжелезнодорожным транспортом. Дело в том, что в архивах железной дороги всегдахранится один экземпляр накладной. Сбор информации длился несколько месяцев.

Круг замкнулся, и друзьям детства пришлось общаться уже не сналоговыми инспекторами, а со следователями из налоговой полиции. Cтоит лиговорить, что дело закончилось обвинением по статье 199 Уголовного кодекса.Правда, осудили друзей по разным частям этой статьи: Ильясова – по первой(«крупный размер»), а Сергеева – по второй («особо крупный размер»).

Иван СОЛОВЬЕВ, начальник Управления судебно-правовой защиты ГПУ МВД

«Расчёт», №12 2004 г.