Категории каталога
Каталог / Мода и стиль / Это интересно / Будущее Москвы - антикварная лавка или лавка старьевщика?

Будущее Москвы - антикварная лавка или лавка старьевщика?

Международный доклад о состоянии работы с памятниками истории и культуры в Москве под броским названием "Московское архитектурное наследие: точка невозврата", посвященный памяти покойного искусствоведа Алексея Комеча, наделал много шума в столице.

Мне довелось несколько раз вести дискуссию с Алексеем Комечем, который активно работал с московским правительством и городской думой. По некоторым вопросам мы выступали как единомышленники, часто были оппонентами, но всегда вели споры в цивилизованном ключе. При этом городской закон "Об особом порядке градостроительной деятельности в охранных зонах памятников истории и культуры и на исторических территориях города Москвы (так называемый "сороковой закон"), над которым я работал в думе, Алексей Ильич считал образцовым документом, одним из лучших в Европе, который он рекомендовал как модельный для других субъектов Российской Федерации.

Таким образом, мне представляется, я вправе выступить на тему охраны памятников в Москве. Тем более что в докладах зарубежных специалистов увидел не высокомерное желание поучать, приводя нам в пример европейские столицы, а желание оградить нас от тех ошибок, которые эти столицы совершили в недавнем прошлом.

Как избежать ошибок Берлина, Лондона, Парижа?

Действительно, достаточно пройтись по центральной части Берлина, чтобы увидеть ужасные примеры разрушения остатков городской среды: это и накрытое "стеклянным колпаком от вакуумной установки" здание бывшего Рейхстага, и пристроенное почти вплотную к Бранденбургским воротам современное здание какого-то банка, и резиденция канцлера в виде "торгового центра" с кубистической "загогулиной" перед ним, да и многое другое.

Совершает свои серьезные градостроительные ошибки и Лондон, чего стоит только одно здание американского посольства, при взгляде с моста возвышающееся над кажущимся маленьким Тауэром как некий символ американского господства в Британии. А Париж? А Брюссель?

И в этом отношении меня порадовало то, что специалисты молчаливо или даже практически прямо признают, что у нас дело охраны исторического наследия обстоит в среднем сегодня примерно так же, как в других европейских столицах, но при этом хотят, чтобы у нас стало лучше, чтобы мы избежали ошибок западных мегаполисов и столиц. Это высокая оценка, ведь мы только 15 лет назад начали по-новому работать по сохранению исторического наследия и облика города, отталкиваясь от прежних советских времен сноса храмов, разрушения дворцов, возведения безобразных сооружений в центре столицы, перестройки целых кварталов на исторических территориях. Новый Арбат, гостиницы "Россия" и "Интурист", снос храма Христа Спасителя, Сухаревой башни и тысячи других примеров коммунистического варварства еще живо стоят у старшего поколения перед глазами.

"Надо научиться отличать просто старый дом от памятника культуры"

Но есть в докладе и то, что огорчает: именно то, что мы не смогли превзойти европейские столицы в деле сохранения исторического наследия, нам и ставят в укор.

Но, во-первых, надо вспомнить, откуда мы шли и к чему пришли за эти годы, ведь серьезный прогресс налицо.

Во-вторых, ведь ни в одном столичном мегаполисе мира те требования, которые формулируют ученые в докладе в значительной мере комплексно и системно, не реализуются, перед нами нет реального "живого" примера.

А в-третьих, западные специалисты в области охраны исторического наследия, работающие в госорганах, часто давали и дают нам другие рекомендации, отличные от рекомендаций участников доклада.

Так, например, когда я был с делегацией в США, в Национальном тресте по охране исторического наследия, на мой вопрос, что главное в деле охраны памятников, его руководитель ответил четко: "научиться отличать просто старый дом от памятника культуры". При этом памятник - сохранять, а просто старый дом по достижении износа - беспощадно сносить в целях развития города. И это в США, где в силу относительно короткой истории страны с большей тщательностью, чем в Европе, сохраняют памятники истории, культуры и архитектуры XIX и XX столетий.

Как же можно ругать нас за то, что мы в переходный период нашей истории "всего лишь" делали то, что нам показывали наши учителя в этом вопросе - деятели просвещенной старой Европы и Северной Америки? При этом такого относительно высокого уровня сохранения исторического наследия в России смогли достичь за эти годы только Москва и Санкт-Петербург.

Каким мы хотим видеть наш город

Так, недавно Счетная палата России исследовала состояние дел в регионах России и обнаружила, что только в Москве и Санкт-Петербурге вопрос охраны исторического наследия решается удовлетворительно, остальные же регионы до сих пор испытывают влияние пещерного постперестроечного вандализма и советского пренебрежения к делу сохранения исторического наследия России.

Но последние годы стало модным критиковать именно власти города Москвы за развитие исторических территорий и реставрацию памятников, хотя половина объектов такого рода в Москве принадлежит Российской Федерации, и федеральные ведомства и учреждения внесли выдающийся вклад в дело разрушения комплекса Российской государственной библиотеки, усадьбы Разумовских и других ценных исторических объектов.

В докладе также довольно тенденциозно указывается, что якобы в Москве утрачены около тысячи "исторических или ценных домов" и около двухсот памятников архитектуры, находящихся под охраной.

Начнем с того, что российское законодательство вообще не предусматривает понятие "ценный или исторический дом" (равно как и законодательство ряда зарубежных стран). Есть "дом-памятник истории и культуры" и "старый дом", остальное все сегодня от лукавого. Хотя, наверное, в будущем стоит предусмотреть категории ценных объектов городской среды. Недавно я внес предложения по разработке городских законов "Об архитектурном зонировании города Москвы" и "О художественном оформлении города Москвы", и мэр распорядился включить их подготовку в план первоочередных законопроектных работ. Но пока нет такой категории - "ценный или исторический дом", никто не вправе требовать от власти делать то, что не предусмотрено федеральным или московским законом. А чтобы разработать московский закон такого рода, требуется ясное понимание того, каким мы хотим видеть наш город.

Ведь исторический город может быть, по меткому выражению одного искусствоведа, "антикварной лавкой", где бережно сохраняются исторические здания, представляющие ценность именно в своей подлинности. Отчасти же исторический город является и "визуальным рядом", образом, картиной, декорацией, и сохранение фасадов "просто старых" домов, и бережное новое строительство "в духе исторического времени" в нем также возможно. А вот чем старый город быть не может - это "лавкой старьевщика", где под видом исторической подлинности сохраняется разный хлам. Ведь только в пределах Садового кольца, по мнению компетентных специалистов, кроме двух тысяч домов-памятников и шести тысяч домов, которые могут зачастую "с натяжкой" представлять некую художественную или архитектурную ценность, имеется две тысячи вообще ничего не значащих ветшающих строений, которые придется со временем все снести и расселить их жителей в новых домах в центре.

Необходимо, таким образом, правильно совместить дух перемен, тенденции развития территорий города с консервацией и реставрацией городской исторической среды и отдельных культурных объектов.

Михаил Москвин-ТархановИзвестия

Дополнительные статьи по теме "Это интересно"

У молодца не без золотца

Золотой человек, золотое сердце, золотые рукиПочти в каждом языке есть устойчивые выражения, в которых то, чем говорящий дорожит и восхищается, сравнивается с золотом. А как быть, если закрались сомнения в подлинной ценности этого всеобщего эквивалента? Если вам вдруг показалось, что ваше изделие из золотане вполне золотое?

Реклама:
Где заказать рерайтинг текстов узнай на сайте eTXT.ru